Затаив дыхание, она выглянула — никого. Быстро, почти бегом миновав опасное открытое пространство, Стелла с разбегу чуть не налетела на массивную дверь с низкой притолокой. С неописуемым возбуждением ребёнка, совершающего никем не замеченную шалость, она вытащила из кармана ключ. Дверь тихо скрипнула и впустила её в комнату, освещённую небольшим забранным решеткой окном. Решительно скинув на пол выцветший от старости ковер, Стелла нащупала висячий замок окованного железом сундука. Для него у неё тоже был ключ.

Блеснуло лезвие меча. Девушка осторожно вытащила его и внимательно осмотрела. Меч отца… Она осторожно дотронулась до рукояти, крепко сжала её и попробовала замахнуться: меч описал в воздухе короткую кривую дугу. Конечно, теперь уже лучше, но он по-прежнему тяжел для нее, не сравнить с легким ученическим мечом.

Непонятные отношения с оружием начались пару лет назад.

Был ранний вечер, немного терпкий и душный. Косые лучи золотили мраморную лестницу. С опаской, почти крадучись, к ней подошла девочка и присела на нагретые солнцем ступени. Лестница вела из основного помещения храма в заднюю часть сада.

Стелла ждала Дейру, жрицу храма, вернее, надеялась на то, что та зайдёт сюда перед богослужением.

Упрямо шмыгнув носом, принцесса утёрла слезинку.

— Дрянной мальчишка, олух, дурак! — От закипавшей внутри обиды у неё сами собой сжимались кулачки. — Я тебе покажу!

Рядом с ней были рассыпаны цветы — лиловые, сиреневые, синие… Ещё час назад она с любовью собирала их, а теперь они были безжалостно брошены на произвол судьбы.

Что обидного он ей сказал? Да, собственно, ничего особенного, но при некоторых обстоятельствах этого "ничего" вполне достаточно. Просто без обиняков заявил, что раз она девчонка, то должна заниматься своими, девчоночьими, делами, а не лезть в его, серьезные, мужские.

— Почему, почему они не разрешает мне делать то же, что и он? — Принцесса немного успокоилась и собрала цветы. — Что из того, что я девочка? Он просто завидует, завидует тому, что в этот раз похвалили меня, а не его.